Дождись меня, брат

(Куплет 1) Снова ночь накрывает бетонной плитой, И земля тяжело выдыхает от боли. Мы сидим в блиндаже под промёрзшей травой, Подчиняясь своей медицинской доле. Над окопами булат разрывается в крик, Тяжким грузом ложится на плечи минута. Я сжимаю фонарь, прижимая язык, В этой чёрной ночи не бывает уюта. (Припев) Треск из рации режет глухую печаль: «Триста», «Красный», короткий сухой позыв «Прилёт». Нам ни капли себя в этом мраке не жаль, Нас работа по грязным дорогам ведёт. Страх остался внизу, он ослеп и оглох, Сердце бьётся спокойно, как метроном. Только мысль обжигает, срываясь со вдохом: «Дождись меня, брат. Мы сейчас к вам придём». (Куплет 2) Сквозь свинцовый огонь, через минную вязь, Ни шагу назад, там семья его молит. За него перед Богом я ручаюсь сейчас, Моя вера любой пулемет пересолит. Я ползу по земле, задыхаясь в грязи, Разгрызая зубами сухую аптечку. Мы друг друга средь этого ада нашли, Чтоб затушить чью-то гаснущую свечку. (Припев) Треск из рации режет глухую печаль: «Триста», «Красный», короткий сухой позыв «Прилёт». Нам ни капли себя в этом мраке не жаль, Нас работа по грязным дорогам ведёт. Страх остался внизу, он ослеп и оглох, Сердце бьётся спокойно, как метроном. Только мысль обжигает, срываясь со вдохом: «Дождись меня, брат. Мы сейчас к вам придём». (Бридж / Проигрыш) Он лежит... Он живой... В его венах война... Взгляд безумно красивый от боли и света. — Я дождался, сестричка... ты всё же пришла... — Держись, брат. Работаем. Скоро рассветы. Группа эвакуации — это идти Под разрывы и шквальный огонь пулемёта. Чтобы брата родного успеть донести, Забывая про ценность чужого комфорта. Мы русские люди. Мы едины стеной. Ты спасешь одного — он прикроет другого. (Аутро) Белый свет лазарета. Запах нашатыря. Он пытается встать, опираясь на стенку. Лучшей вестью сквозь дымку седого января для меня, Проступают слова, сбив мою планку: — Сестричка... дыши. Посмотри, я в строю. Я вернулся... домой. Я долги возвращаю. (Пауза) Я тебя... вытащу. Я тебя... обещаю.